Возбудить ось сверхсознания

31 января 2017
Внушение, зомбирование, программирование поведения требуют измененных состояний сознания. Одна из дверей, ведущих туда, — психоактивные вещества, наркотические снадобья. Но далеко не единственная.

    КРОЛИК НА СЕАНСЕ ГИПНОЗА

    Гипноз — не волшебство. Мы сталкиваемся с ним гораздо чаще, чем нам кажется. Например, когда как можно строже говорим своему малышу: «А ну-ка, спать сейчас же!» — и он действительно перестает хихикать и засыпает. А было ли у вас такое (хотя бы в детстве): пока вас занудно отчитывают за какую-то провинность (какую — уже не вспомнить), в голове вдруг темнеет, перед глазами идут пятна, в ушах звон, ноги подгибаются…

    И — окрик: «О чем ты только думаешь, куда ты уставился?!» Или такое: строгий лектор энергично вещает о своем, непонятном (например, о статистических методах) — и как бы мучительно вы ни сопротивлялись, сознание отключается, веки безвольно падают, из груди вырывается судорожный вздох, а то и всхрап… Перед нами не что иное, как обыденные проявления гипноза.

    Подобно сну, гипноз вызывает торможение в коре — но не столь глубокое. Сохраняются возбужденные участки, способные воспринимать внешние сигналы (например, словесные команды) и автоматически передавать их туда, где формируются поведенческие реакции. На практике гипнотические состояния часто вызываются психоактивными веществами и ритмичными действиями, стимулирующими дыхание, — таковы верчения дервишей, песнопения протестантов, пляски шаманов. А если отважиться на более широкие аналогии, то и физические занятия: игры, аэробика, танцы. Вхождение в транс не обходится и без влияния биополя (но это уже отдельная тема).

    Считается, что гипноз — искусство, доступное лишь человеку. Однако возникло оно, как и человек, путем эволюции — и не на пустом месте. Гипнотическое торможение сродни реакции обмирания у животных, которую вызывают ритмичные внешние раздражения либо сильный испуг. Благодаря ей вертлявый щенок блаженно замирает, когда его вылизывает мать, а прыгучий кролик цепенеет при виде змеи.

    Не лишены животные и способности управлять поведением окружающих — через особые сигналы общения. Рычат, кричат, бьют, кусают. Долго стоят глаза в глаза (или рога к рогам, зубы к зубам). Есть более мирные методы: вылизывать, гладить, перебирать шерсть, делать своеобразный «эротический массаж» — их часто практикуют приматы. Управляется поведение и химическими сигналами, которые воспринимаются на нюх и на вкус. У животных подобная «химия» не только «подавляет личную волю», но и может заставить сменить размеры тела, цвет, потерять способность к размножению и даже пол… Самый яркий пример, вероятно, матка термитов, чьи выделения превращают остальных членов семьи в преданных рабов.

    У обезьян «гипноз», где присутствует и вызванное торможение, и навязывание воли, сопровождает многие формы социального поведения. У них, как и у людей, есть гипнотизеры хорошие и плохие, а испытуемые — гипнабельные и не очень. Все зависит от того, какое стремление преобладает в поведении: доминировать или подчиняться. Властный вожак одним движением бровей провоцирует реакцию обмирания у самки-подростка. Точно так же и бородатый доктор с хищным взором (примат высокого ранга!) гипнотизирует «одним щелчком». Но в транс может погрузить и ребенок — если вовлечет вас в усыпляющие ритмы своих монотонных игр.

    Еще утверждают, что у человека гипноз и внушение вызываются словом, а у животных — нет. Но так ли это? Коллективное пение гиббонов или вой волков рождает у них своеобразный транс. А если смотреть более широко? Выяснится, что ритмичная вокализация вообще, например писк детеныша, брачное пение птицы или крик обезьяны-ревуна, тормозит у соседних особей некие центры мозга, отвечающие за реакцию бегства, агрессии, страха либо полового возбуждения. Или является ключом, запускающим ту или иную поведенческую стратегию. И «де факто» детеныши, вожаки и кавалеры добиваются от окружающих всего, что им нужно. Одними своим воплями.

    ЛИМБИЧЕСКАЯ СИСТЕМА: «БЕРЕЧЬ ОТ ЗОМБИРОВАНИЯ»

    Нейробиологи ее очень уважают. Еще бы — ведь в головном мозге это центр эмоций, средоточие «фибров души». Несколько структур лимбической системы (важнейшие из них — это миндалина, гиппокамп, гипоталамус, поясная извилина) образуют замкнутый контур — круг Пейпеца (по имени известного американского невропатолога). Циркулируя по этому контуру, возбуждение создает длительные эмоциональные состояния и «щекочет нервы», пробегая сквозь центры страха и агрессии, наслаждения и отвращения.

    А еще этот контур участвует в процессах кратковременной памяти. Так, благодаря гиппокампу мы запоминаем то, что «важно», а прежде — замечаем «новое», сомневаемся и делаем выбор. Информация, получившая эмоциональную окраску, запоминается не в пример лучше «мертвых фактов», которые в один гиппокамп влетают — в другой вылетают… А при сильных негативных переживаниях наблюдается обратный процесс: стирание следов памяти, амнезия.

    Другая функция лимбической системы — управление работой внутренних органов, желез и сосудов. Здесь главенствует гипоталамус. По сравнению с глыбами полушарий он кажется совсем крохотным. Однако нарушение работы центров, сосредоточенных на этом «пятачке», влечет за собой всевозможные недуги: ожирение и бессонницу, диабет и лихорадку, гипертонию и половое бессилие. Еще из гипоталамуса мозг «дирижирует» всей эндокринной системой. Не удивительно, что эмоциональные бури, прокатываясь по лимбической системе, так сказываются на состоянии нашего организма.

    А по своей эволюционной природе лимбическая система — это обонятельный мозг. Ее первоначальное предназначение — воспринимать и анализировать химические сигналы. Поэтому ее «химическая кухня» очень богата регуляторами и посредниками и чувствительна к воздействию психоактивных веществ извне.

    Для чего вся эта справка? Дело в том, что лимбическую систему в каком-то смысле можно считать «центром зомбирования». В определенном возрасте — в раннем детстве и в подростковом периоде — здесь активно происходит импринтинг, или запечатление образцов для слепого подражания, для запуска автоматических программ поведения. В эти периоды из-за обостренной эмоциональности в памяти больше откладывается не логическая суть событий, а связанные с ними переживания. И ключом, позволяющим вновь включить эти чувства и побуждения — совершенно бессознательно, обычно становится химический сигнал: запах, вкус или одурманивающее вещество. Так, иногда если пахнет хлоркой и краской, какая-то тоска вдруг сожмет сердце, в ушах отзовется детский визг, а язык будто обожжет вкус кефира… Куда это возвратило вашего зомби? Уж не в ясельную ли группу детсада?