Укрощение телевизора

М. НАСОНОВА Москва • 01 января 2017

    В нашем доме телевизор появился только с рождением ребенка, когда для меня оказались почти недоступными театр, концерты, кино, встречи с друзьями.

    Очень скоро я поняла, насколько осторожно нужно относиться к этому великому изобретению XX века.

    Как-то в праздник я вынесла сына на улицу (ему было полтора года), чтобы он полюбовался салютом. Но при каждом грохоте от залпа он вздрагивал, как-то съеживался и прижимался ко мне. В его глазах был страх. И я вспомнила, что накануне мы смотрели какой-то фильм о войне, где были взрывы, огонь, рушились дома, метались люди... Поняла: нельзя показывать ребенку все подряд, если хочу сохранить его нервную систему.

    Вот с тех-то пор (а надо бы и раньше) я тщательно отбираю по программе, что можно посмотреть вместе с ребенком, а чего нельзя. Дошкольником Андрюша знал, что смотреть ему можно только «мультики». После передачи «Спокойной ночи, малыши» телевизор выключался. Сын ложился спать, я занималась домашними делами и лишь иногда, если был интересный фильм или спектакль, включала телевизор, убедившись, что сын уже в постели. Но и тогда смотрела, пользуясь наушниками, чтобы не потревожить его сна.

    Я знаю, что некоторые родители — у меня есть такие знакомые — не боятся включить телевизор, а то и магнитофон на полную громкость в то время, когда малыш спит, уверяя, что он ничего не слышит, даже не шевельнется во сне. Обыкновенный здравый смысл подсказывает, что так не может быть. Для такой хрупкой организации, как психика ребенка, ничто не проходит бесследно.

    Заметила я, что телеэкран каким-то образом влияет на тонус отношений в нашей семье. Ведь это очень важно — поддерживать все время мажорный тонус: снимать раздражение шуткой, в серьезном разговоре не выставлять напоказ своего превосходства, чтобы не возникло обиды, уметь утешить ребенка, внушить подростку оптимистический взгляд на окружающее... Я не специалист, я не могу объяснить, в чем тут дело, но телевизионные передачи не повышают, а снижают тонус моих отношений с сыном. Наше обсуждение передач, даже как будто интересных, почему-то довольно вялое. Во время юмористических передач мы смеемся, но я не помню, чтобы этот смех давал заряд бодрости и энергии, хотя бы на короткое время. Поверьте, обмен шутками или остротами в разговоре с сыном или с его друзьями действует гораздо прямее и эффективнее, чем чужие остроты с экрана. И мы ценим такие наши разговоры, непосредственное общение.

    Думаю, что злоупотребление телевизором у детей возникает большей частью в тех семьях, где кто-то из взрослых тоже злоупотребляет им.

    Взрослые смотрят все передачи подряд, и дети привыкают к такому времяпрепровождению.

    Если сын засиделся за уроками, а по телевизору идет интересная для меня передача, я его не включаю, хотя телевизор стоит в другой комнате и я могла бы смотреть его с наушниками. Ведь сын может случайно зайти ко мне, его внимание отвлечется, и ему, конечно, не захочется заниматься. Я уверена: такую «жертву» родители должны приносить детям. Ведь если мы сами не можем поступиться чем-то во имя ребенка, не хотим лишать себя удовольствия посмотреть интересную для нас передачу, то чего же мы можем требовать от наших детей?

    Но вот сын побывал у дедушки с бабушкой. Там, «в мужском обществе», с дедом, он насмотрелся спортивных передач, увлекся ими и приехал домой с желанием точно так же проводить время.

    Начинаю с ним разговор.

    — В школе ты сидишь, дома уроки делаешь — опять сидишь. Ты не двигаешься! Хочешь заболеть? А потом — неужели ты считаешь, что лучше смотреть по телевизору, как другие занимаются спортом, чем заниматься им самому?

    — А дедушка смотрит!

    — Когда ты пойдешь на пенсию, пожалуйста смотри. Я возражать не буду,— отшучиваюсь я

    — Но все мужчины смотрят!

    — Ну, далеко не все. А потом мужчина уже получили образование, они работают, иные приходят ходят домой усталые, что смотрят телевизор, что называется «для отдыха». А ты учишься! Если ты очень хочешь смотреть спортивные передачи, я разрешу тебе. Но не все подряд и при одном условии: занимайся спортом сам. Будешь играть в футбол,— смотри футбольные матчи, будешь играть в хоккей,—- смотри хоккей по телевизору. И еще, как минимум, занимайся утром физзарядкой.

    Против этого сын возражать ничего не может; моя правота очевидна. Я вздохнула спокойно, когда сын увлекся хоккеем: утром по воскресеньям и, конечно, в каникулы он шел на тренировки и игры.

    В нашем доме телевизор не включается иногда по несколько дней. Не потому, что действует система запретов. Я считаю, что если малышу и можно что-то запретить, то с подростками такой метод воспитания к хорошему не приведет. Просто с раннего детства сына я непримиримо боролась с всеядностью. Мне очень хотелось выработать у ребенка хороший вкус, привить ему понимание подлинно прекрасного в искусстве. Конечно, прежде всего с помощью хорошей книги и посещения театра.

    Сыну не было пяти лет, когда мы пошли с ним на «Лебединое озеро». Восторгу его не было предела! После каждого действия он спрашивал: «А еще серия будет?» И очень огорчился, когда узнал,что спектакль окончен. В последующие дни во время прогулок тянул меня за руку и говорил: «Идем смотреть «Лебединое озеро». Интересно, что десять лет спустя он снова посмотрел «Лебединое озеро» и после этого неделю совершенно не интересовался телепередачами.

    Позже мы стали ходить с ним в театры регулярно, хотя не часто: раза четыре за учебный год. А какие прекрасные спектакли мь видели: «Кошка, которая гуляла сама по себе», «Мэри Поппинс», «Малыш и Карлсон, который живет на крыше» и многие другие. Но особенно нам понравился спектакль по книге Линдгрен «Мы на острове Сальткрока» (в постановке Саратовского ТЮЗа). Книгу эту мы токе очень любим и дважды читали ее вслух.

    При выборе спектакля для просмотра и книги для чтения я руководствуюсь прежде всего талантом автора, высоким художественным уровнем произведения. Причем взрослую классику (разумеется, доступную для понимания ребенка) я предпочитаю книгам не очень талантливым, хотя и написанным «специально» для детей.

    У себя мы возродили столь редкое теперь в семьях занятие — чтение вслух (причем читаем попеременно).

    Читаем вслух летом, когда много свободного времени. Перечитал и русскую классику по учебной программе изучения ее в школе) и сверх программы тоже, их сын получил непосредственное впечатление от прекрасных произведений Пушкина, Гоголя, Толстого, Рабле, Гашека, Джерома. Вместе мы наслаждались их жизнерадостностью и остроумием.

    Во время учебного года мы, конечно, читаем редко: постепенно прочитали однотомник Бернарда Шоу, ряд произведений Шекспира (сначала комедии, потом и трагедии). И это в то время, когда можно смотреть телепередачи. А все-таки сын предпочел чтение вслух!

    Позапрошлым летом с каким наслаждением мы прочитали «Войну и мир» Л. Толстого! Надо сознаться, что хотя я раньше и не раз читала «Войну и мир», но читала в основном «мир», а «войну» перелистывала. В этот же раз, когда я попыталась пропустить какой-то военный эпизод, сын заметил, что Толстой очень интересно и неожиданно описывает войну, и попросил меня ничего не пропускать. Так впервые и я с ним прочитала этот роман полностью. А когда вернулись домой и в сентябре начался показ по телевидению четырехсерийного фильма «Война и мир», сын, посмотрев несколько минут, сказал: «Нет, не хочу портить впечатления от книги».

    Я рада, что в наших взаимоотношениях с сыном телевизор не стал «третьим лишним».