Минувшее проходит предо мною..

Милена Авада • 28 февраля 2016
Основной комплекс дореволюционных фондов архива — документы высших и центральных учреждений политического сыска и следствия, судебно-следственных учреждений и органов судебного надзора по политическим делам в Российской империи

    …В этой истории находимся мы и наше время. Оно становится бессмысленным, если его заключают в узкие рамки сегодняшнего дня, сводят к настоящему…
    Карл Ясперс


    Сегодня старейший государственный архив входит в Свод особо ценных объектов культурного достояния народов России. И не случайно — это одно из ведущих культурно-просветительских учреждений страны, открытых для всех любознательных.
    Над выставкой, посвященной юбилею архива, трудилась масса народа из четырех центров ГА РФ — комплектования, хранения, научно-информационной работы, изучения и публикации документов. Трудились долго, с энтузиазмом и увлечением. И перед широкой публикой предстали неповторимые, уникальные комплексы документов. Опишем выборочно некоторые экспозиции.

    (в том числе Департамента полиции Министерства внутренних дел и Московского охранного отделения). Совершенно ясно, что изучение истории общественного движения, политических партий и организаций в России совершенно невозможно без этих материалов. Уникальная по составу и содержанию именная картотека Департамента полиции, филерские дневники наружного наблюдения, отчеты, инструкции по организации работы различных структур этого учреждения — вот неполный перечень всего того, что позволяет составить представление о методах и функциях органов политического сыска Российской империи.

    Часть этой информационной базы Департамента полиции по вопросам охраны царской семьи долгое время оставалась на специальном хранении: в описях красным карандашом значилось короткое, как приговор, «выбыло». Эти уникальные документы оказались в архиве ФСБ России, а в августе 1995 вернулись в Государственный архив России для свободного изучения.

    На выставке был представлен один из журналов заседаний Комиссии по выработке мер охраны Их Императорских Величеств вне мест постоянных резиденций. Московский генерал-губернатор, а впоследствии товарищ министра внутренних дел В.Ф. Джунковский, один из тех, с чьим именем связаны основные вехи в истории Департамента полиции, тоже входил в число лиц, особо охраняемых. Благодаря высокому профессионализму и опыту он некогда определял политическое лицо системы политического сыска России.

    № 3
    В экспозицию вошли два следственных дела (1921 и 1937 гг.) по обвинению Джунковского в контрреволюционной деятельности. Впоследствии уголовное преследование было прекращено.

    № 7
    Архив хранит и следственное дело по обвинению профессора П.А. Флоровского и членов «Партии возрождения России», к коим причислялся и Б.В. Ключевский (сын одного из ярчайших российских историков В.О. Ключеского), который (ирония истории или закономерность?) в 1910-1911 годах проходил в Особом отделе Департамента полиции МВД Российской империи по секретному делу «О профессорах, придерживающихся левого направления».

    В состав личных фондов российских императоров (от Александра I до Николая II) и членов императорской фамилии входят их дневники, письма, записки, рисунки, ученические тетради, фотографии, уникальная переписка с царствующими домами Европы, автографы выдающихся деятелей литературы, искусства, науки XIX — начала XX веков. В конце 2001 года этот комплекс архивных документов пополнился материалами из личного архива Е.М. Юрьевской. ГА РФ получил их в дар от семьи Ротшильдов. Княгиня Юрьевская (Екатерина Долгорукова) была морганатической супругой императора Александра II, его любовью.

    № 32
    Особая примета нашего времени — новые возможности осмыслить прошлое сквозь призму судьбы и бытия одного человека. Значение эпохи Александра II огромно: земельная, судебная, земская, военная, университетская и другие либеральные реформы, давшие импульс новому развитию российского общества. Однако всякая личность, даже самодержец Всероссийский, много больше своего общественного самовыражения.

    № 33
    Образ Александра II и самой эпохи будут не полными без этих абсолютно неизвестных документов. Над ними только сейчас «работают» в архиве. Из дневника императора Александра II за 1880 год: «…Четверг, 22 мая/3 июня, 6 ч. вечера. Императрица тихо скончалась. Господи, прими ее душу, отпусти мои вольные и невольные грехи! 11 3/4 ч. вечера. Сегодня кончилась моя двойная жизнь. Буду ли я счастливее в будущем? Я очень опечален, а Она не скрывает своей радости; она говорит уже о легализации ее положения; это недоверие меня убивает! Я сделаю для нее все, что будет в моей власти, но я не смогу пойти против интересов родины…». Чувство Долга и обязанности Любви сплелись и запутались в клубок… А вот записи той, которую император величал почти мистическим «Она»: «…Настал день, 6 июля 1880 года, когда Господь позволил нам предстать пред Ним и перед нашей совестью мужем и женой — единственное счастье, которого нам не хватало…».

    Наш современник, не искушенный в тонкостях ремесла архивиста и историка, вскоре окажется сопричастным к трагически-прекрасным страницам «Романа Императора». После его гибели 1 марта 1881 года она покинула Россию вместе с тремя детьми и прожила в эмиграции еще сорок один год. Этой женщине довелось пережить не только свое время, но и несколько важнейших исторических вех. Ее смерть в 1922 году осталась почти незамеченной в кругах русских эмигрантов.

    Каждый из личных фондов неповторим, а в целом они представляют уникальную коллекцию: архивы князей Волконских, Шаховских, Якушкиных, С.П. Трубецкого, М.А. Фонвизина, П.А. Кропоткина, А.Ф. Керенского, Иоанна Кронштадского — только перечисление займет не одну страницу…

    В начале прошлого года вице-президент Нью-Йоркского объединения российских кадет за рубежом А.Б. Йордан передал в дар ГА РФ 159 писем лейб-медика императора Николая II Евгения Сергеевича Боткина, который шагнул в Вечность, оставшись до трагического конца вместе с семьей последнего из Романовых. Эти документы обогатили его личный фонд, хранящийся в архиве. «…Так называемый «карательный отряд», проходивший из Тюмени, сегодня отправился в обратный путь, — писал Е.С. Боткин сыну Юрию в марте 1918 года. — Пока он здесь был, вечно вооруженный «до зубов», он, по рассказам, начал было тут-там своевольничать, но Омский отряд тотчас же положил этому предел. Он явился, можно сказать, спасителем города…».

    История жизни и трагической гибели семьи Николая II была долгие годы овеяна ореолом секретности и таинственности. В августе 1997 года князь Лихтенштейна Ханс-Адам II в знак благодарности за возвращенный российской стороной семейный архив (вывезенный из Германии в СССР в результате Второй мировой войны) подарил приобретенный на аукционе Сотби знаменитый архив следователя по особо важным делам Омского окружного суда Н.А. Соколова, расследовавшего обстоятельства гибели царской семьи в 1918 году в подвале Ипатьевского дома. Эти материалы на выставке произвели сильнейший эмоциональный эффект еще и потому, что дополнились «вещественными доказательствами»: состоялась передача стеклянных негативов следственного дела из Генеральной прокуратуры РФ.

    На выставке были представлены, пожалуй, самые «говорящие» подлинники документов из архива Соколова, среди которых распоряжение Уральского областного комиссара снабжения П.Л. Войкова о выдаче «без всякой задержки и оговорок» пяти пудов серной кислоты (для каких целей, тогда знал лишь узкий круг людей), настольный реестр Соколова, представляющий собой расписанный по дням ход следствия по делу об убийстве Николая Романова, членов его семьи и их окружения. «…Помимо особой сложности и ответственности задач, подлежащих выполнению органами дознания и розыска, следует принять во внимание и высокое государственное и историческое значение работ по исследованию настоящего дела…» — так просто и точно (впрочем, в соответствии с жанром документа) отметил в своей докладной записке на имя главнокомандующего Западным фронтом — генерал-лейтенанта М.К. Дитерихса — член Екатеринбургского окружного суда И.А. Сергеев. И эту записку, и фрагмент обоев со стены подвальной комнаты в доме Ипатьева в Екатеринбурге… Это все — надо видеть.

    № 31
    Одной из самых интригующих фигур в истории России, царской семьи и ее трагедии исследователи считают Григория Распутина. В феврале 2002 года при финансовой поддержке холдинговой компании «Интеррос» документы ГА РФ пополнились следственным делом крестьянина села Покровского Григория Распутина-Нового, которое вела Тобольская духовная консистория в 1906-1912 годах. Читатели «Знание — сила» обладают эксклюзивным правом прочитать отрывок из его показаний: «…Вообще я Троицу объясняю так: Закон, т.е. брак благословляет Господь, в нем есть Троица, и кто сохраняет закон — чистоту, тот есть девственник. Так я всегда говорю от чистого сердца…».

    Документы по истории Белого движения и русской эмиграции вплоть до конца 1980-х годов находились на секретном хранении.

    И благодаря этим неповторимым и ценнейшим материалам вырисовывается ранее ускользавший многоликий образ «Великого исхода» из России, не сопоставимый ни с одной эмиграцией в мировой истории ни по масштабам, ни по боли за прошлое и вере в будущее.

    В 1997 году Государственному архиву РФ в дар были переданы документы одного из членов династии Романовых — кузена Николая II, великого князя Андрея Владимировича и его не менее знаменитой жены — Марии-Матильды Феликсовны Романовской-Красинской, всемирно известной балерины Матильды Кшесинской, проживавших во Франции. Среди этих материалов бумаги о создании и деятельности школы для русских детей в Ницце «Александрино», находившейся под покровительством великого князя. Здесь фотографии, алфавиты и афиши спектаклей, в которых участвовала Кшесинская, рукописи ее воспоминаний. «…Я счастлива, что меня не забыли на Родине, — писала М.Ф. Кшесинская в 1957 году из Парижа директору Государственного дома-музея П.И. Чайковского В. Журавлеву, — чему служит доказательством Ваше письмо и целый ряд книг, касающегося нашего родного искусства, в коих упоминается мое имя…». Теперь на выставке — ее балетные туфельки и платье, в которых она выступала в Мариинском театре до 1917 года, чье великое искусство и традиции она прививала в Париже, создав там в 1929 году балетную студию, продолжая служить русскому балету.

    № 29, № 27, № 9, № 28
    Сегодня опять вспыхнул интерес к дочери Николая II Анастасии, якобы спасшейся. На выставке — документы об установлении личности выдававшей себя за спасшуюся великую княжну Анастасию Николаевну госпожи Чайковской (А. Андерсон).

    Документы собраны в результате изучения обстоятельств данного дела Андреем Владимировичем.

    Русские колонии были рассеяны по всему миру. Уже в самом начале 1920-х выделились центры, где особенно интенсивно протекала русская политическая, общественная и культурная жизнь. Одним таким средоточием русской эмиграции стала Прага, за которой прочно утвердилась репутация интеллектуальной столицы Русского Зарубежья. Там-то в 1923 году был создан исторический архив Русского зарубежья. Сразу же после Второй мировой войны чехословацкое правительство передало бесценные фонды РЗИА Академии наук СССР, и в 1946 году они поступили на хранение в ЦГАОР — современный ГА РФ. А в это десятилетие они продолжали неустанно пополняться. «…Находящийся у меня личный архив, в случае, если меня не будет в живых, — писал А.И. Деникин в своем завещании о передачи сданных им в РЗИА в Праге документов в Россию, — должен быть передан Российской Академии Наук также после падения большевистской власти».

    № 8
    Этот бесценный документ, представленный на выставке, был передан в ГА РФ в числе прочих дочерью генерала, М.А. Деникиной-Грей, из Франции. Рукописи статей Антона Ивановича, его обширная переписка, рукопись книги «Путь русского офицера», отрывки из которой смогли увидеть посетители экспозиции, дневники супруги генерала Ксении Васильевны и многие другие бесценные для истории бумаги вернулись на Родину, как того желал Деникин.

    «…Сегодня утром еще сюрприз услышали. Сталин произвел себя в маршалы. Может быть и царем себя скоро объявит, — записала 7 марта 1943 года Ксения Васильевна в дневнике. — Знали ведь смутные времена нашей истории Гришку Отрепьева — Дмитрия…». Неприятие нового режима и безмерная любовь к России, тревога и боль за нее пронизывают эти записи в простых ученических тетрадках (ГА РФ хранит 29 тетрадей с записями Ксении Васильевны).

    Среди тех, кто представлял русскую историческую науку в Праге, был и С.Г. Пушкарев. В 2001 году документы из его семейного архива пополнили личный фонд историка, общественного деятеля, члена Русской академической группы в США, сейчас находящийся в ГА РФ. На выставке посетители увидели черновики его рукописи 1950-х годов «Воспоминания о русской эмиграции в золотой Праге».

    Есть и личные архивы представителей «второй волны» русской эмиграции, в частности участника Русской освободительной армии (РОА) Н.А. Троицкого. Это в своем роде сенсационные документы. Почему? Потому что в государственных архивах РФ материалы по истории власовского движения, по существу, отсутствуют. «…Мы отдаем себе полный отчет в том, что наше исследование является только лучом, брошенным и освещающим лишь часть юридических, административно-организационных вопросов в системе принудительного труда, а также часть огромной, тщательно скрываемой и все время меняющейся лагерной сети на территории СССР…», — отмечал Троицкий в предисловии к своей книге «Концентрационные лагеря в СССР», представленной в экспозиции.

    Об уникальности этой группы материалов свидетельствуют и документы из личных архивов деятелей Народно-трудового союза (НТС). В 1995 и 1997 годах в ГА РФ передал свой личный архив первый редактор журнала «Посев», известный журналист русского зарубежья Б.В. Прянишников. Во время работы над книгами «Незримая паутина» и «Провокация и провокаторы» он купил альбом с фотографиями и газетными вырезками о судебном процессе над Н.В. Плевицкой в Париже — известной певицей, женой генерала Скоблина, обвинявшейся в сотрудничестве с Советами и приговоренной к двадцати годам каторги. Помимо него на выставке можно было увидеть и альбом с фотографиями из жизни лагеря для перемещенных лиц в Менхегофе (Германия) из собрания семейного архива К.В. Болдырева, являвшегося начальником этого лагеря и председателем Североамериканского отдела НТС.

    Личные фонды, особенно эмигрантские, это в основном — коллекции. В них много брошюр, книг, журналов, газет, включая диссидентские издания. В России таких материалов немного, поэтому ГА РФ по праву может гордиться и коллекцией листовок из архива НТС. Для многих это знаковая организация. А на самом деле, драматическая часть нашей истории.

    До создания Государственного архива РФ в архивах, в него вошедших, было 680 уникальных по содержанию и исторической ценности личных фондов. За это десятилетие стараниями сотрудников прибавилось еще сорок.

    На первый взгляд, личные фонды могут показаться отдельными независимыми и несвязанными с единым историческим потоком. Но это не так. Даже сугубо личные фотографии, записки находятся в незримой связи с ним, дополняют его, создают объем, краски и те необходимейшие подробности, без которых история лишь скучнейший предмет занятий. В документах личных преломились многие страницы истории нашей страны.

    В 1995 и 1997 годах архив пополнился материалами народного художника СССР, известнейшего карикатуриста Б.Е. Ефимова. Каких только документов тут нет! Воспоминания, статьи о Кукрыниксах, В.В. Маяковском, Б.Н. Полевом, рецензия на поэму Е.А. Евтушенко «Поэта вне народа нет», фотографии И.Л. Андроникова, К.М. Симонова, М.Е. Кольцова, А.А. Суркова и даже довольно редкий документ: пропуск Ефимова в зал Международного трибунала на Нюрнбергском процессе.

    В июне 2000 года супруга М.А. Трояновского передала в дар ГА РФ богатейший архив своего мужа — режиссера, оператора, снимавшего практически все парады на Красной площади в 1930-е годы, а затем с камерой прошедшего и войну, сценариста документального кино, участника полярных экспедиций. Уникальные фотографии строительства Магнитки, экспедиций в Казахстан, Монголию, Египет, рукописи путевых заметок об экспедициях к Северному полюсу, фронтовые дневники, фотокадры съемок в Кремле И.В. Сталина, Л.И. Брежнева, фото- и текстовые материалы Недели советского кино во Франции и многое-многое другое.