Благослови зверей и людей…

Валентина Гаташ • 18 июня 2015
Шимпанзята были завезены на Украину моряками контрабандой. Для продажи. Но за время путешествия в тесном ящике полугодовалые малыши стали «некондиционным товаром» — они погибали от дистрофии, авитаминоза и воспаления легких.

    Мастер спорта по дзюдо, успешный бизнесмен, президент харьковского Центра этического отношения к животным, участник международных конференций, инициатор издания книг по правам животным, сопредседатель Российского вегетарианского общества, хозяин кошек, собак и пары симпатичных шимпанзе -
    все это  Игорь Парфенов.

    Шуша и Тони

    Узнав об обезьянках, Игорь Викторович пожалел их, забрал домой и по совету специалистов из Харьковского зоопарка вызвал на дом детского врача. Оказывается, детенышей человекообразных должны лечить педиатры.

    Сейчас Тони-мальчику и Шуше-девочке примерно по два с половиной года. Когда мы дружной компанией гуляли в рощице неподалеку от дома — обезьянки, собаки, Игорь с сыном и я с дочкой, — трудно было поверить, что эти звереныши когда-то почти умирали. Веселые, ловкие, озорные, подвижные, они то лазали по березам, то кувыркались, то забирались нам на руки, то прыгали Игорю на плечи, то играли с собаками в «догонялки». На них нельзя было смотреть без смеха, но ухо нужно было держать востро — игривые шимпанзята так и норовили стащить с наших головы шапки, а фотоаппарат приходилось и вовсе прятать под курткой. Но зря я опасалась, что Тони и Шуша убегут на свободу, в лес. Как только Игорь сказал им, что пора уходить, обезьянки запрыгнули к нему на плечи и послушно «поехали» домой.

    Живут шимпанзе в просторном вольере возле дома, где есть деревья, канаты вместо лиан и любимые игрушки. Выделили им теплое помещение и в просторном доме хозяина. Но каждый день они с нетерпением ждут момента, когда за ними придет кто-то из домашних, чтобы взять на прогулку. Иногда Игорь показывает своим подопечным видеофильмы с дикими шимпанзе — чтобы не забывали о родных джунглях. Трудно сказать, что при этом творится в их головах, но смотрят они внимательно.

    Если сначала я не различала шимпанзе «в лицо», то после совместного гулянья стало очевидно, кто есть кто. Шуша — маленькая и хитренькая. Это она все норовила незаметно подобраться и украсть шапку или фотоаппарат. А Тони — более крупный и суровый, это он покусывал меня за сапог, недвусмысленно показывая, что занимает в иерархии более высокое место. Но безусловный вожак стаи для них, конечно, Игорь. Шимпанзята его любят и слушаются. Кстати, моя дочка увидела шимпанзе впервые в жизни, в Харьковском зоопарке этих человекообразных нет.

    Как известно, ДНК человека всего на один-два процента отличается от ДНК его ближайших родственников по эволюционному дереву. Глядя на то, как Тони моет пол, полоща и выжимая тряпку, ест ложкой или самостоятельно берет кружку и набирает воды из крана, чтобы попить, в это охотно веришь. Их никто специально не учил этим премудростям, просто они видели, как это делают люди. Моя дочка даже загорелась идеей научить шимпанзе рисовать.

    - Попробовать можно, — согласился Игорь. — Но не забывайте, что несмотря на игривость и привязанность к человеку, шимпанзе — это не домашнее животное. Когда Тони и Шуша подрастут, они станут сильными, независимыми, своенравными и подчас свирепыми животными. Достигнув годам к десяти половой зрелости, самец будет всячески стремиться занять лидирующее положение и потом его отстаивать во что бы то ни стало. Трудно позавидовать человеку, который станет это лидерство оспаривать. Как рассказывала мне одна из сотрудниц Киевского зоопарка, которая ухаживала за шимпанзе, если вожак видел, что к ней подходит посторонний мужчина, он начинал дико кричать и расшатывать клетку. Она была уверена, что если бы этой взрослой обезьяне весом за сто килограммов удалось в этот момент вырваться, он из ревности убил бы и ее, и ее знакомого.

    Человекообразным обезьянам грозит вымирание. Цивилизация вытесняет их из обычных мест проживания, их отлавливают также для цирков и зоопарков, медицинских экспериментов, для приготовления экзотических блюд и просто потехи ради. Чтобы поймать в природе одного детеныша, браконьерам зачастую приходится убивать взрослых членов стаи, которые защищают его изо всех сил.

    Что может сделать Центр?

    Послушав историю Шуши и Тони, вы не удивитесь, узнав, что именно Игорь Парфенов организовал в Харькове Центр этического отношения к животным и стал его президентом.  Цель объединившихся здесь единомышленников — открыть людям глаза на проблему негуманного отношении к животным. Именно об этом идет речь во время организованных Парфеновым масштабных акций, в телевизионных передачах и на многочисленных встречах со школьниками и студентами. Поскольку современной отечественной литературы на эту тему нет, Центр занимается также переводом западных изданий и бесплатно распространяет их в школах и вузах.

    Но самым впечатляющим агитационным потенциалом обладает, на мой взгляд, журнал «Крик». Речь идет о крике животных, которых мучают и убивают ради меха, ради мяса, ради спорта, ради забавы или просто из равнодушия. При чтении помещенных там материалов, а принадлежат они перу известнейших людей — Льву Толстому и Сергею Есенину, Фазилю Искандеру и Вольтеру, Бриджит Бардо и Полу Маккартни, Джеймсу Рейчелс и Питеру Сигеру, — испытываешь настоящий культурологический шок. Ведь обычно мысли о том, что животные, как и мы, обладают способностью радоваться жизни, чувствовать и страдать, оттесняются нами на край сознания.

    Подчеркну, что все, что делает Игорь Парфенов как президент Центра, он делает за деньги, который зарабатывает Игорь Парфенов-предприниматель. Ни финансовой помощи Запада, ни пожертвований от наших граждан на счет не поступало.

    Недаром первое общество защиты животных появилось в Великобритании еще в девятнадцатом веке, причем находится оно под патронажем королевы. Чем богаче страна, чем развитее ее демократия, чем богаче ее граждане, тем больше возможности появляется у людей думать не только о собственном выживании, но и о своих ближних. Кстати, в царской России первое общество защиты животных было создано не намного позже, чем в Англии, но перестало функционировать с приходом большевиков.

    Пока еще табу

    В нашем обществе тема ответственности за «братьев наших меньших» вызывает некое отторжение. Не случайно Игорю Парфенову дали возможность открыто и полно высказать свои взгляды в телепередачах со знаковым названием «Табу». Одна из них была посвящена вегетарианству, а другая — охоте. В первой из них главным оппонентом Игоря Парфенова был известный на Украине философ.

    - После передачи я понял, как малообразованы у нас люди в этом отношении, — делится впечатлением Игорь. — Философ, ученый вышел защищать тех, кто проливает кровь себе подобных живых существ, высших млекопитающих. Я не идеалист, я знаю, что человек за тысячи лет своей истории привык есть мясо. Но на нынешней ступени развития он должен хотя бы осознать, что убивать животных негуманно, что мясу есть альтернатива, а не защищать перед миллионами телезрителей право на убийство.

    Конечно, за всю свою жизнь я не смогу сделать всех людей вегетарианцами, это невозможно. Моя главная задача — побудить их сделать хотя бы маленький шаг к пониманию проблемы прав живых существ. Ведь сейчас действует некий двойной стандарт — мы говорим о жестокости в отношении к животным только в том случае, если эта жестокость не приносит выгоды. Убить собаку — жестоко, а теленка — уже нет. Между тем в мире есть народы, которые традиционно, по религиозным соображениям, являются вегетарианцами, например, миллионы людей в Индии. Но есть и Англия, где по этическим соображениям за последние годы стала вегетарианцами десятая часть населения!

    Я мастер спорта по дзюдо и знаю, что есть немало спортсменов, в том числе олимпийских чемпионов, которые являются вегетарианцами. Да, мясо было включено в пищевую цепь не одно тысячелетие, но во все времена были люди, которые старались жить, обдумывая свои деяния со стороны морали и добра. И практически все они становились вегетарианца-ми — Будда, Пифагор, Платон, Эпикур, Сенека, Иоанн Златоуст, Ньютон, Вольтер, Руссо, Байрон, Репин, Толстой, Есенин…

    - Все начинается с детства, с осознания того, что животные — такие же чувствующие существа, как и ты сам, — считает Игорь. — Мальчиком я жил в деревне и, сколько помню, всегда спасал раненых, голодных, замерзающих собак, кошек, птиц. Потом мне попался в руки американский документальный фильм — «Любить или убить?» об отношении человека и животных, и тогда уже сознательно я стал искать литературу, связанную с защитой и правами животных. Так мне попала в руки редкая статья Льва Толстого «Первая ступень», о которой знают даже не все специалисты. Я считаю, что это своего рода библия для защитников животных. Большую помощь литературой и видеоматериалами оказали нам западные организации, включая Великобританское Королевское общество защиты животных, общество Бриджит Бардо и другие.

    Харьковский Центр, как структура, включенная в Интернет и общий каталог организаций защиты животных, принимает постоянное участие во всевозможных международных форумах. Недавно Игорь Парфенов вернулся из Лондона, со Всемирного конгресса по защите животных, самого крупного по этой проблематике за всю историю человечества. Более пятисот участников — писатели, политики, философы, психологи, ветеринары, ученые, общественные деятели — представляли восемьдесят стран со всего земного шара. Было и несколько представителей СНГ. Речь шла обо всем, что связано с защитой животных: кровавых зрелищах типа корриды, содержании сельскохозяйственных животных, домашних и беспризорных животных, медицинских экспериментах, содержании в зоопарках и цирках.

    Нужно заметить, что мировая общественность уже отметила вклад Центра в дело защиты животных. В связи с его последней акцией, приуроченной к международному симпозиуму «Биоэтика на пороге третьего тысячелетия», который проходил в Харькове, поступило приветствие от вице-президента Европарламента Дэвида Мартина, в котором он пишет: «По тому, как общество обращается с животными, можно судить, насколько оно прогрессивно и цивилизованно».

    Политические дивиденды на этом не заработаешь…

    Но давно известно, что нет пророка в своем отечестве. Последняя акция Центра была, как всегда, совершенно мирной. Молодежь вышла на площадь с плакатами «Нет — убийству животных», «Трупы нужно хоронить, а не есть», «Мех — одежда пещерного человека», «Если бы на мясокомбинате были стеклянные стены, все бы стали вегетарианцами», тем не менее у части прохожих это вызвало резко отрицательную реакцию.

    «Сразу после акции ее организаторы во главе с Игорем Парфеновым пойдут есть ветчину» — язвили одни. «Без шашлыка и в желудке, и в голове пусто» — выдвигали контрлозунги другие. «Все это затеяно только ради политических дивидендов» — были уверены третьи. Последняя версия звучит совершенно экзотически, в нашей стране политические дивиденды на вегетарианстве явно не заработаешь, скорее потеряешь.

    Чтобы пропагандировать права животных, нынче нужно иметь силу духа. Во время подготовки этого материала я тоже столкнулась с негативной реакцией знакомых. Казалось бы, абсолютно ничем не угрожающие им идеи защиты животных и еще более вегетарианства вызывали у них сильную негативную реакцию Почему? Как сказал мне один психолог, здесь говорит подсознание, против этих идей единым фронтом выступают сразу три установки: «Мясо — значит выживание», «Я сам нуждаюсь в защите» и «Защита животных не дает выгоды». В самом деле, что дает привязанность Тони и Шуши их хозяину с этой точки зрения? С точки зрения рыночных отношений ничего, кроме забот и траты денег. Не рыночная это любовь.

    - Я не Дон Кихот, — спокойно говорит Игорь. — Я понимаю, что многое не изменю, не спасу все живое, но стремиться я должен. Если моя деятельность поможет спасти от смерти или мучений хотя бы нескольких животных, это уже хорошо. Но что ни говорите, а плоды нашего труда уже видны. Об этом начали хотя бы говорить, об этом начали писать. О моем журнале знают школьники. «Ни один человек не бывает безгрешным, но стремиться подниматься по лестнице чистой совести должен каждый» — это сказал Лев Толстой.